Keep Doubting

«И вот, сама пришла ты Во тьму моих владений, Ту тьму, что пропитала Подруги твоей душу. Ту тьму, что посылала Ей хоровод видений, Тьму, что за каплей капля Столп разума разрушит. Вот и она сточилась Бруском в станке мучений, Пустою древесиной Без нутра, Без сердцевины. Лишь жертва у подножья, Что связана собой же, Сопротивляясь, бьется В агонии пустой. Познать ей не под силу, Какой алтарь пред нею. А что же мученик? Он сам На тот алтарь взойдет. Сам над собой восстанет, И страх, и боль поборет. Сверкает он алмазом В изломанной короне. Из крови, что рыдала, Из плоти, что страдала, Ваяли мы творение, Что б мучеником стало. Ваяли по лекалам Салемских документов, Но, сколько не пытались, - плодились только жертвы. Нет, жертвам не даются Ключи от райских врат. Их удержать способна Лишь мучениц рука. Мученик – совершенен. Жертвы – иное дело. Все жертвы бесполезны: Безумие – удел их. Но ты, я в это верю, Ключи эти удержишь, Пускай от крови скользкими Твои будут ладони. И дверь эту запретную Для нас ты приоткроешь. Я верю, ты поведаешь, Что ждет нас за порогом…» *** «Сегодня, в этих стенах Свершилось то, что ждали Вы долгими годами: В страданьях родилась Та, что покровы тела, Отбросив, испытала Мучения экстаз. Да будет чтима она вами! Не первой она стала, Что взглянула за пределы Доступного нам мира, Живою оставаясь, Но первою поведала О том, что там узрела, Мадемуазели, и она Разделит с вами радость! Ее я призову, сейчас Она в своих покоях». Глашатай, поклонившись, Идёт за Госпожою. И замерев пред дверью, Сквернить не смеет стуком Восторг той, кто узнала, Что за чертою Смерти будет. Дрожащими губами Слуга ей верный шепчет: «Мадемуазель, молю Вас, Откройте, что нас ждет?» И за закрытой дверью, Омоет свои руки Водою покрасневшей, Хозяйка чужих судеб. Вздыхает она тяжко, Свою судьбу увидев, И, молвив: «сомневайтесь…», Стреляет себе в рот.